«Что было, то и будет; и что делалось, то и будет делаться, и нет ничего нового под солнцем» — сентенция, приписываемая мудрейшему, по оценкам всех исследователей, третьему царю Израиля Соломону, представленная в книге Екклесиаста или Проповедника (Еккл. 1:9).

Царь Соломон жил в Х в. до н.э. Упростив его сентенцию, Гегель высказался в том смысле, что история повторяется дважды: первый раз в виде трагедии, второй — в виде фарса. Люди издревле осознавали, что в мире ничего нового не происходит, социальные нормативы повторяются с неизбежностью.

В этом контексте в уголовном праве ничего нового законодатель не предусмотрел, да и не мог предусмотреть. Новеллизируя Уголовный кодекс, его авторы сначала откровенно, а затем имплицитно дублировали древний, постоянно повторяющийся, но абсолютно безупречный тезис, оправдывающий все начинания, невзирая на их благочестивый или неблагочестивый характер: ad majorem gloriam Dei — к вящей славе Божьей — тезис, взятый из первого послания к Коринфянам Апостола Павла («Итак, едите ли, пьете ли, или иное что делаете, все делайте во славу Божью» — 1 Кор. 10:31). Так благославляли крестоносцев, так (разумеется, в современном варианте) оправдываются все текущие начинания, включая правовые, — все во благо народа.

Любое начинание социального порядка подчинено «руке демиурга», властному велению или властной рекомендации возврата к древнему императиву, как незыблемому, так и бытийному, повторяющемуся в этом мире Cujus regio, ejus religio (чья власть, того и вера) — принципу Аугсбургского договора о религиозном мире 1555 г. Спиноза справедливо отмечал: провозглашенные Моисеем заповеди остались бы его частным делом, не будь Моисей провозглашен правителем.

Разговор о метаморфозах опасного состояния и деяния следует начать с краткой характеристики тех направлений, которые продолжают определять деятельность демиурга и законодателя. Такими направлениями являлись классическая и социологическая школы уголовного права.