Проблема принципов экологического права является и, скорее всего, будет еще долгое время оставаться актуальной в российской юридической науке. Это касается и теоретических (например, понятие, система, классификация принципов экологического права), и практических (роль принципов экологического права в правоприменительной практике, юридическая техника закрепления принципов экологического права) аспектов.

В настоящее время в теории права существуют различные концептуальные подходы к пониманию сущности и содержания принципов права, однако наиболее оптимальным представляется их восприятие в рамках позитивистского правопонимания. Позитивистская концепция принципов права была успешно апробирована при изучении принципов различных отраслей российского права. Несмотря на некоторые трудности, связанные с выделением нормативно закрепленных принципов экологического права, дискуссионность структуры этой отрасли, она полностью применима и к принципам экологического права.

Вызывает недоумение позиция отдельных авторов, утверждающих, что в России в настоящее время отсутствует законодательное закрепление принципов охраны окружающей среды, поскольку основные принципы охраны окружающей среды прямо закреплены в ст. 3 Федерального закона от 10 января 2002 г. № 7-ФЗ «Об охране окружающей среды. Другое дело, что, как справедливо обращает внимание О.Л. Дубовик, некоторые из них представляют собой именно специфические принципы экологического права, некоторые — общие для любой отрасли, а «некоторые вообще принципами права как таковыми не являются, а скорее обозначают задачи или направления деятельности».

Тем не менее мало у кого вызывает сомнение, что в абз. 4 ст. 3 Федерального закона «Об охране окружающей среды» закреплен принцип научно обоснованного сочетания экологических, экономических и социальных интересов человека, общества и государства в целях обеспечения устойчивого развития и благоприятной окружающей среды. Далее мы рассмотрим содержание указанного принципа, а также то, как он реализуется в правоприменительной практике.