Потенциал медиации в России все еще не раскрыт в достаточной степени – случаи применения судебной медиации ограничиваются лишь несколькими сотнями дел в год, а внесудебная медиация, хоть и встречается значительно чаще, но представлена в меньшей части регионов страны. В общем объеме частных и публичных споров медиация остается малозаметным явлением, невостребованным широкой аудиторией. Причины невостребованности медиации неоднократно обсуждались в литературе, ученые, в том числе и автор настоящего материала, выделяют экономические, организационные, культурные факторы, препятствующие интенсификации данной альтернативной формы урегулирования споров, но немаловажно подчеркнуть еще и юридический контекст проблемы. Федеральный закон от 27 июля 2010 г. № 193-ФЗ «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» (далее – ФЗ о медиации) являет собой пример практически неизменного с момента его принятия (что, казалось бы, хорошо), очень гибкого и «либерального» закона (что тоже хорошо для альтернативной формы урегулирования спора), но из-за этой дарованной им свободы усмотрения сторон остающегося просто не нужным большинству потенциальных потребителей. Профессиональные юристы и стороны не понимают ценность медиации, не готовы отдать ей предпочтение по сравнению с относительно понятной и предсказуемой (в том смысле, что результат точно будет, хоть и не всегда понятно, какой) судебной процедурой, а на стремящегося «помирить» спорящие стороны медиатора смотрят как мыши на кота Леопольда из советского мультфильма. С прискорбием приходится констатировать, что на текущий момент лозунг «Добро должно быть с кулаками» более подходит отечественному цивилистическому процессу, нежели тезис «Худой мир лучше доброй ссоры». Ситуация эта, без сомнения, временная, и «золотой век» российской медиации еще впереди.

С позиции юридической конфликтологии медиация должна рассматриваться как наиболее приемлемая процедура урегулирования споров с высокой степенью конфликтности, не требующих установления содержания права или юридических фактов. Именно коммуникативные техники, применяемые медиатором, позволяют сторонам самостоятельно прийти к результату в виде медиативного соглашения, прекращающего их конфликт. Среди таких медиабельных споров, характеризуемых высокой степенью конфликтности сторон, обычно выделяют семейные, индивидуальные трудовые, жилищные и корпоративные споры. Действительно, именно в этих категориях дел наиболее ощущается потребность в нейтральном посреднике, а решение юрисдикционного органа с высокой степенью вероятности не прекратит конфликт, не устранит недовольство сторон. В основе корпоративного конфликта лежит противоречие и (или) нарушение интересов и прав сторон корпоративных и тесно связанных с ними отношений, вытекающих из членства и управления корпорацией, а корпоративный спор представляет собой конфликт, прошедший этап юридизации, т.е. требующий разрешения правовыми средствами в установленной процедуре. При этом специфика корпоративных споров такова, что один прекращенный спор перерастает в другой, поскольку проистекает из длящихся корпоративных отношений. Обращение всякий раз, когда участники спора не могут прийти к консенсусу, в суд – занятие изнурительное и затратное. Разрешая корпоративный спор, суд принимает решение по конкретному заявленному требованию, но корпорация заинтересована в «назначении ей плана лечения», позволяющего эффективно функционировать дальше, поэтому гибкие альтернативные формы примирения, разумеется, будут более приемлемыми для прекращения корпоративного конфликта.

Как показывает статистика, в первом полугодии 2025 г. российские арбитражные суды рассмотрели 863 098 дел, из них только в 20 делах успешно применена процедура медиации (утверждено заключенное сторонами медиативное соглашение), в том числе в 2 корпоративных спорах. При этом за данный период судами рассмотрено 9491 дело по корпоративному спору. Нельзя признать популярной и третейскую форму рассмотрения корпоративных споров – из 2905 дел, рассмотренных в 2024 г. в институциональном арбитраже только 2 дела относились к категориям корпоративных споров. Приведенные статистические данные свидетельствуют о том, что стороны корпоративного спора не слишком ценят альтернативные формы разрешения и урегулирования споров и предпочитают им судебный порядок защиты при невозможности самостоятельно урегулировать конфликт. Как представляется, одна из причин этому – недостаточная ясность в вопросах медиабельности корпоративных споров.