Исследования, касающиеся вопросов антимонопольного регулирования в цифровой экономике, довольно часто затрагивают тему рыночной власти цифровых платформ. Так, например, критикуя несколько устаревшие инициативы по реформированию отечественного антимонопольного законодательства в части регулирования цифровых платформ, а также приводя в пример опыт европейских правопорядков по введению в законодательство категории gatekeeper, А.Ю. Иванов отмечал формирование нового типа рыночной власти организаторов цифровых экосистем. Похожих взглядов придерживаются и иные исследователи.

Так, например, А.И. Коваленко отмечает, что конструкция доминирующего положения применяется к цифровым платформам по аналогии за неимением лучшего, в то время как наиболее удачным решением представляется разработка принципиально новых способов и подходов. Исследователь также делает предположение, что власть доминирующего на рынке хозяйствующего субъекта и власть маркетплейса основаны на принципиально разной природе, поскольку цифровая платформа, организующая двусторонний рынок, обладает властью над рынком.

Отметив удачную формулировку «власть над рынком», тем не менее скажем, что такой подход к правовому регулированию представляется не вполне перспективным, поскольку наслоение излишних сущностей в конце концов может привести к юридической неряшливости и засорить правовое регулирование, сделав его противоречивым и бессистемным.

В рамках настоящей работы постараемся рассмотреть природу цифровых рынков и рыночной власти транзакционных цифровых платформ сквозь призму традиционных институтов конкурентного права. Указанное рассуждение представляется еще более актуальным в связи с продолжающейся активной законотворческой работой в сфере регулирования цифровой экономики. Так, в июле 2025 г. принят, а в октябре 2026 г. вступает в силу Федеральный закон от 31 июля 2025 г. № 289-ФЗ «Об отдельных вопросах регулирования платформенной экономики в Российской Федерации» (далее — Закон о платформенной экономике). Дополнительно отметим, что для целей настоящей работы термин «транзакционная цифровая платформа» понимается в значении, придаваемом ему доктриной конкурентного права, как цифровая платформа, обеспечивающая совершение гражданско-правовых сделок между ее пользователями, и в этом смысле соответствует понятию посреднической цифровой платформы, закрепленному в п. 9 ст. 2 Закона о платформенной экономике.

Начиная рассуждения о рыночной власти, скажем, что в экономической науке под ней преимущественно понимается возможность оказывать влияние на цену товара. Например, Ж. Тироль определял рыночную власть как установление цен выше предельных затрат, Н.Г. Мэнкью — как способность одиночного хозяйствующего субъекта (или малой группы акторов) существенно влиять на рыночные цены. Между тем такое понимание рыночной власти вряд ли в полной степени удовлетворяет потребностям антимонопольного регулирования, поскольку не учитывает неценовую конкуренцию. В связи с изложенным наиболее удачным представляется определение рыночной власти, выраженное в решении Европейского суда по делу United Brands, в котором рыночная власть связывается с возможностью хозяйствующего субъекта вести себя в значительной степени независимо от своих конкурентов, клиентов и в конечном счете от своих потребителей.