Правовое пространство представляет собой очень сложный объект для научного познания. В целях всестороннего понимания данного феномена необходимо разобраться в его природе. В отечественной и зарубежной юридической науке неоднократно предпринимались попытки наиболее точного терминологического обозначения категории «правовое бытие», обнимающей все многообразие правовых явлений и процессов.

В философии права даже вводились новые категории: «бытие права», «среда права», «правовое поле», «правовая жизнь» и др. В теории права в контексте рассматриваемой проблемы принято различать две базовые категории, имеющие философско-онтологическое основание: правовую реальность и правовую действительность. Некоторые ученые полагают, что это схожие понятия, близкие до степени смешения. Так, по мнению О.В. Крета, философские термины «действительность», «бытие», «реальность» на самом деле во многом совпадают по своему смысловому значению, и выбор исследователем конкретного термина обусловлен научными традициями, которые сложились в отечественной и мировой философии.

Другие юристы-теоретики настаивают на разграничении данных понятий. В частности, В.С. Юрчук утверждает, что реальность – это совокупность существовавшего, существующего и могущего существовать во всех сферах природы и общества. А настоящее бытие – как то, что существует здесь и сейчас, как актуальное бытие, как сущее, должно именоваться действительностью.

Таким образом, исходя из философско-правового подхода, правовая реальность включает в себя историческое развитие права, его эволюцию в различные эпохи, правовые идеи и идеалы, правотворчество и правоприменение – т.е. «право в книгах», «право в законах», «право в прецедентах». Правовая действительность – это категория, характеризующая «право в жизни», во всем его теоретическом и практическом разнообразии; но только то право, которое действует здесь и сейчас.

Правовая реальность существует вне времени и пространства и доходит до нас в виде классических юридических трактатов, правовых традиций, запечатленных в памятниках права и судебных решениях. Правовая действительность наличествует только в конкретно-исторический момент времени в пределах определенной юрисдикции. Актуализируясь, правовая реальность может стать правовой действительностью, как неоднократно уже было, например, с римским правом в эпоху его возрождения и рецепции или с мусульманским правом в современный период реисламизации некоторых правопорядков. Самый простой пример, иллюстрирующий этот процесс, имеет место, когда суд в XXI в. ссылается на максиму римского права в обоснование своего решения, превращая в этот самый момент правовую реальность в правовую действительность. В результате реформ или революций правовая действительность, выражаясь словами героев фильма «Назад в будущее», может «догнать во времени» правовую реальность, когда идеалы из юридических трактатов и законопроектов вдруг станут «наличным правовым бытием» (по Гегелю). К примеру, теория разделения властей обоснованная в трактате Ш.Л. Монтескье в 1748 г. для России стала правовой действительностью только в 1993 г.

Деактуализируясь, правовая действительность становится правовой реальностью, превращаясь, по образному выражению английских правоведов, в «право заходящего солнца». Однако есть правопорядки, над которыми «солнце никогда не заходит». Например, некоторые давние обычаи предков применяются в Африке и сейчас, являя юристам примеры «живого обычного права». Сходная ситуация имеет место в мусульманских юрисдикциях с адатным правом, которое, несмотря на свое противоречие кораническим и современными законодательным нормам, применяется и по сей день, сбивая с толку классических юридических позитивистов.

Для преодоления онтологических проблем дихотомии «правовая реальность-правовая действительность» рядом ученых-юристов предлагается использовать категорию «правовое пространство». Данная категория, объединяя в себе правовую действительность и правовую реальность, позволяет отойти от онтологических споров и направить познавательные усилия на отдельные правовые пространства мира, что целесообразно как с академической, так и с практической точек зрения.