Правовая природа ценной бумаги определяется теми правами, которые она удостоверяет. Дефиницию коносамента законодатель, к сожалению, не закрепил. Однако из содержания § 3 гла. VIII и ст. 117 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации (далее — КТМ) следует, что коносамент — это ценная бумага, которая удостоверяет право ее держателя требовать выдачи груза, указанного в данной ценной бумаге.

В зависимости от правил оформления коносамента в настоящее время существует два их вида: так сказать, бумажный коносамент, который законодатель называет непосредственно коносаментом, и определенный в п. 2 Правил, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 31 мая 2024 г. № 7, «коносамент, сформированный в форме электронного документа (электронный коносамент)». В настоящем исследовании для обозначения этих правовых явлений будут использоваться соответственно термины «коносамент» и «электронный коносамент».

Коносамент, в силу § 3 гл. VIII КТМ, представляет собой документарную ценную бумагу. По критерию вида удостоверяемого ценной бумагой права в науке его зачастую относят к вещно-правовым, характеризуя в качестве «документа на имущество (груз)»; ценной бумаги, удостоверяющей право собственности на груз, находящийся в пути. Можно встретить подход, когда коносамент определяют в качестве ценной бумаги, удостоверяющей как вещные, так и обязательственные права.

Описание коносамента через вещно-правовые элементы основаны, очевидно, на п. 1 ст. 223 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ), в соответствии с которым право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, и п. 3 ст. 224 ГК РФ, согласно которому к передаче вещи приравнивается передача коносамента. Такую позицию можно обнаружить и в судебной практике. Так, по одному из дел арбитражный суд со ссылкой на п. 3 ст. 224 ГК РФ разъяснил, что грузополучатель вправе предъявить виндикационный иск в отношении товара, доставленного перевозчиком и помещенного на хранение в порту, в связи с тем, что он приобрел право собственности при передаче ему коносамента грузоотправителем.

Однако, если согласиться с тем, что коносамент удостоверяет право собственности на груз, возникает ряд проблем. Первая из них затронута вышеуказанным судебным решением. Речь идет о толковании правовой нормы, закрепленной в п. 3 ст. 224 ГК РФ в плане ее соотношения с абз. 1 п. 1 этой же статьи, в соответствии с которым передачей в целях определения момента перехода права собственности признается в том числе сдача вещи перевозчику для отправки приобретателю вещей.