Конституционно-правовая доктрина в течение длительного времени рассматривала золотовалютные резервы и их проблематику как периферийную, поскольку данный вопрос являлся предметом исследования в международном и финансовом праве. Однако современные геополитические вызовы привели к беспрецедентному в истории права кризису доверия к международным финансовым институтам и размыванию фундаментальных принципов, основанных на уважении суверенитета государства. События 2022 г., связанные с блокировкой (замораживанием) активов Банка России в юрисдикциях государств (государства «Группы семи» (G7) и Европейского союза (далее – ЕС)) на сумму порядка 300 миллиардов долларов США, а также последующая дискуссия о механизмах их конфискации в пользу Украины ставят перед юридической наукой задачу фундаментального переосмысления конституционно-правового режима золотовалютных резервов, пределах их иммунитета, выявления проблем правовой защиты собственности государства, находящейся за рубежом, с тем, чтобы определить направления совершенствования ее конституционно-правовой защиты и определить, является ли действующая модель управления резервами эффективной с точки зрения конституционно-правового регулирования. Заморозка значительной части золотовалютных резервов Российской Федерации отражает те самые фундаментальные риски гомогенизации и глобализации, о которых ранее предупреждал председатель Конституционного Суда РФ В.Д. Зорькин в своем выступлении на Петербургском международном юридическом форуме, состоявшемся 18 мая 2021 г.

С целью получения целостного представления о правовом режиме золотовалютных резервов раскроем содержание понятия «золотовалютные резервы», определим их роль и значение для государства в условиях современных геополитических вызов и рисков. В доктрине публичного права сформировалось несколько концептуальных подходов к определению правовой природы золотовалютных резервов и их принадлежности. Согласно первому подходу (государственно-собственнический (этатистский)) золотовалютные резервы – собственность государства, управление которой представляет собой особый вид государственной деятельности, осуществляемый Министерством финансов и Банком России. Второй подход (институционально-автономный) основывается на признании золотовалютных резервов собственностью Банка России, который обладает конституционно-гарантированной независимостью. В рамках третьего подхода (функционально-целевой) золотовалютные резервы представляют собой инструмент обеспечения финансовой устойчивости и независимости государства. В рамках другого подхода (конституционно-экономический) через призму конституционных ценностей и экономической Конституции РФ золотовалютные резервы определяются как неотъемлемый элемент экономической и валютной политики государства, в реализации которой принимает непосредственное участие Центральный банк.

Разнообразие научных подходов к понятию золотовалютных резервов обусловлено не только сложностью данного феномена, находящего на стыке финансового, международного и конституционного права, но и тем, что ни Конституцией РФ, ни актами конституционного значения не раскрывается значение термина «золотовалютные резервы», не определяется их место в системе объектов конституционно-правовой защиты. Конституционно-правовое регулирование золотовалютных резервов Российской Федерации выводится опосредованно из системного толкования отдельных положений Основного Закона, определяющих основы денежно-кредитной и финансовой политики, закрепляющих статус Банка России и защиту государственной собственности. Так, согласно п. «ж» ст. 71 Конституции РФ к исключительному ведению Российской Федерации относится финансовое, валютное, кредитное, таможенное регулирование, денежная эмиссия. В контексте трансграничного размещения активов Банком России в свете существующих ограничительных мер по их использованию особое значение приобретает положение ст. 8 Конституции РФ, согласно которой признаются все формы собственности, обеспечивается их защита и охрана. При этом особый конституционно-правовой статус имеет государственная собственность, что обусловлено ее предназначением для обеспечения публичных интересов и реализации государственных функций. Конституционная поправка 2020 г., инкорпорировавшая в текст Основного Закона ст. 75.1, гарантировала выполнение государством своих социально-экономических обязательств. Для реализации целей, закрепленных в ст. 75.1 Конституции РФ, государство обязано формировать и сохранять ресурсы.