Нужно признать, что, к сожалению, медиация недостаточно востребована населением России, хотя Федеральный закон № 193-Ф «Об альтернативной процедуре урегулирования споров с участием посредника (процедуре медиации)» был принят 27 июля 2010 г. (далее – ФЗ-193). Проблемы непопулярности института среди граждан кроются, в том числе, и в недостатках правового регулирования как самой процедуры медиации, так и статуса медиатора (включая требования к нему).

Если обратиться к эволюции института медиации в России, то необходимо вспомнить о том, что еще в самой первой редакции Арбитражного процессуального кодекса РФ (далее – АПК РФ) закреплялось право спорящих сторон обратиться за содействием к посреднику. Однако статистика числа обращений с момента принятия АПК РФ до вступления в силу ФЗ-193 была крайне невелика. При этом законодатель никогда не запрещал посредничество в гражданском обороте, поскольку у субъектов частно-правового спора во многих случаях есть возможность не обращаться в суд, и они вправе прибегать к использованию разных не запрещенных законом механизмов для разрешения ситуации, в том числе обращаясь к незаинтересованному лицу – будь то юрисконсульт или посредник. Но отношения с этими посредниками регулировались законодательством о гражданско-правовых обязательствах; при этом к ним не предъявлялось никаких требований, кроме общих условий наличия гражданской правосубъектности. То есть медиация (или посредничество) не запрещалась, но и не регулировалась специальными нормами.

Сейчас закон определяет медиатора как посредника, который содействует разрешению правового спора. То есть сущность медиатора не поменялась. Однако поменялись требования, предъявляемые к профессиональному медиатору. И до того как перейти к анализу этих требований, необходимо отметить непрофессиональную, т.е. безвозмездную, медиацию. Требования к таким медиаторам минимальны – наличие полной дееспособности, совершеннолетие и отсутствие судимости. При этом, например, условия наступления ответственности для разных медиаторов одинаковы; и сама процедура медиации не различается в зависимости от того, какой медиатор ее организует. И здесь вполне можно задаться риторическими вопросами о стимулах для медиатора, а также о качестве и, самое главное, результативности непрофессиональной медиации. Говоря о результативности, нужно отметить то, что любая медиация по своему назначению призвана снять дополнительную нагрузку на судебную систему; чтобы спорящие стороны могли завершить свой спор, прибегая к альтернативным методам. Безусловно, ее может качественно проводить и профессионал, состоящий, например, в дружеских отношениях с обеими сторонами спора, но это, скорее, будет исключением. Наверное, поэтому законом пока не запрещается непрофессиональная медиация, но в проекте Федерального закона «Об урегулировании споров с участием посредника (медиации) в Российской Федерации», подготовленного Министерством юстиции РФ (далее – законопроект «О медиации») данный вид медиации уже не упоминается.

Если же переходить к требованиям, которые закон предъявляет к профессиональным медиаторам, то сначала нужно изучить их минимальный возраст. Сейчас это 25 лет, как и во многих государствах – участниках СНГ (например, согласно п. 1 ч. 4 ст. 9 Закона Республики Казахстан от 28 января 2011 г. № 401-IV «О медиации», п. 2 ч. 1 ст. 9 Закона Кыргызской Республики от 28 июля 2017 г. № 161 «О медиации»). Представляется, что он является оптимальным, так как личные качества, которые необходимы посреднику для общения, уже сформировались. Здесь также можно привести аналогию с минимальным возрастом мирового судьи. Законопроект «О медиации» предлагает увеличить возраст до 30 лет, что явно усложнит возможность стать медиатором.

Далее следует рассмотреть очень важное требование, предъявляемое к медиатору – наличие высшего образования. И здесь сначала необходимо проанализировать уровень высшего образования, поскольку действующее законодательство выделяет одновременно три таких уровня – от бакалавриата до подготовки кадров высшей квалификации. При буквальном толковании ФЗ-193, где этот уровень не упоминается, можно сделать вывод о том, что для медиатора достаточно образования бакалавра. При этом никоим образом не принижается ценность наличия у лица документов, подтверждающих другие уровни высшего образования; более того, они скорее способны помочь разрешить какую-либо более сложную ситуацию.