Координацию в единой системе публичной власти в Российской Федерации можно представить как институционально и нормативно обусловленный механизм согласования деятельности органов публичной власти, направленный на обеспечение их функционального единства, согласованности управленческих решений и целостной реализации публичных функций на всех уровнях — федеральном, региональном и муниципальном.

Термин «координация» часто используется в российском законодательстве (более чем в 160 федеральных законах и 5 500 нормативных актах), но общепризнанного законодательного определения термина «координация» пока не установлено. В правовой практике термин используется в различных интерпретациях, например: «Координация действий сил и средств, обеспечивающих режим чрезвычайного положения»; «О координации международных и внешнеэкономических связей»; «Координация деятельности по борьбе с преступностью»; «координации работ» и т.д. Иногда нормативные акты термин «координация» замещают выражениями: «согласованность деятельности»; «взаимодействия» и др.

Следует отметить, что термин «взаимодействие» определяется как «совокупность организационно-правовых форм и методов, направленных на совместное решение как общегосударственных, так и местных вопросов». Взаимодействие — это процесс обмена информацией, ресурсами или действиями между участниками, может происходить без необходимости жесткой координации, просто в процессе деятельности или общения, может быть как структурированным, так и спонтанным. Координация — процесс дисциплинарной (правовой) организации действий или событий так, чтобы они происходили согласованно и эффективно, направлена на процедурное согласование усилий участников для достижения общей цели, предполагает планирование, распределение ролей и задач, управление во временных рамках, соблюдение исполнительской дисциплины.

Можно согласиться с мнением С.А. Авакьяна, что «федеративная организация государства, специфика регионализма, местного самоуправления предполагают особенности построения структуры публичной власти, наличие разных организационных форм ее осуществления». Практическая возможность участия в функциональной деятельности в системе публичной власти расширенного субъектного состава обусловлена процессами делегирования (передачи) отдельных публичных функций различным организационно-правовым структурам, включая государственные корпорации, государственные компании и иные публично-правовые образования. Данная практика отражает тенденцию институционального усложнения публичного управления и направлена на повышение его гибкости и адаптивности, концентрацию специализированных компетенций, а также оптимизацию реализации государственных задач в социально-экономической сфере, основанных на сочетании государственных и негосударственных субъектов, трансформации функций органов власти и перераспределении компетенций. В этих процессах ключевое значение приобретают цифровизация управления и программно-целевые методы, обеспечивающие оперативность принятия решений и оценку эффективности по измеримым результатам.

Вместе с тем фактическое расширение субъектного круга акторов, наделенных публичными полномочиями, объективно требует четкого нормативного закрепления объема и пределов передаваемых функций и установления механизмов подотчетности и контроля, а также обеспечения баланса между эффективностью управленческих решений и соблюдением принципов законности, ответственности и публичного интереса. Это обуславливает системную амбивалентность, проявляющуюся в сочетании, а нередко и в столкновении различных принципов, подходов и интересов в рамках единой государственной системы публичной власти, что способно приводить к размыванию ответственности, осложнению межуровневого взаимодействия и снижению доверия граждан к институтам власти. В этих условиях координация приобретает ключевое значение, поскольку именно она обеспечивает согласование противоречивых векторов развития системы публичной власти, сохраняя ее управленческую целостность при одновременном уважении автономии ее субъектов. В этом смысле координация выступает одновременно принципом организации публичной власти, организационно-правовым механизмом и видом управленческой деятельности, обеспечивающим согласование компетенций и полномочий, предотвращение дублирования функций, повышение эффективности публичного управления и устойчивости системы публичной власти в условиях динамично изменяющихся социально-политических процессов.