Посредничество в коррупционных преступлениях: пробелы в ответственности
Аннотация
В работе показано, что термины «посредничество» и «посредник» в УК РФ используются только при описании преступлений, предусмотренных статями 184 (ч. 5), 2041, 290, 291, 2911, 2912. То есть посредничество как общественно опасное деяние (деяния посредника) наказуемо только при совершении коррупционных преступлений. Обращено внимание, что один из главных показателей степени общественной опасности перечисленных коррупционных преступлений — размер незаконного вознаграждения — либо не имеет никакого уголовно-правового значения, либо влияет на степень их опасности крайне непоследовательно и противоречиво. Предлагается данную ситуацию в УК РФ исправить, исходя из того, что ответственность за само посредничество в коммерческом подкупе и во взяточничестве наступает (дифференцируется) в зависимости от размера незаконного вознаграждения. Соглашаясь с тем, что посредничество не в полной мере охватывается понятием «пособничество», автор приходит к выводу о том, что оно актуально только для «парных» (или «встречных») составов преступлений, таких как составы получения и дачи незаконного вознаграждения. При этом подчеркивает, что конструирование новых составов преступлений, в которых объективная сторона выражается в посреднических действиях, нецелесообразно, поскольку это неминуемо приведет к разрушению института соучастия Общей части уголовного права и необоснованному расширению репрессивных основ уголовного закона.
| Тип | Статья |
| Издание | Администратор суда № 01/2026 |
| Страницы | 32-35 |
| DOI | 10.18572/2072-3636-2026-1-32-35 |
В Уголовный кодекс Российской Федерации (далее – УК РФ) термин «посредничество» (по состоянию на 1 марта 2025 г.) использован 13 раз, и только в трех статьях: 184 (ч. 5), 2041, 2911. Еще 5 раз в УК РФ использован термин «посредник», так же лишь в трех статьях: 290, 291, 2912. Таким образом, посредничество как общественно опасное деяние (деяния посредника) наказуемо только при совершении преступлений, которые в литературе предлагают называть «подкупными». Не ставя в настоящей работе цели определения названия для данной группы преступлений, все же позволим себе не согласиться с термином (понятием) «подкупные преступления». Слово «подкуп», определяющее в критикуемом понятии, использовано законодателем в УК РФ только для обозначения преступлений, предусмотренных ст. 2005, 2007, 204–2042, соответственно, понятие «подкупные преступления», строго говоря, формально не может охватывать преступления, которые в УК РФ определены как взяточничество (ст. 290–2912). Представляется, что все преступления, обязательным признаком которых в УК РФ признается незаконное вознаграждение, правильнее определять как коррупционные преступления (охватываемые, в свою очередь, более широком понятием «коррупция», легальное определение которого содержится в регулятивном законодательстве). Коррупционными их называет также Пленум Верховного Суда РФ.
Итак, посредничество возможно только в коррупционных преступлениях, причем не во всех. С точки зрения законодателя, посредничество (деяния посредника) возможно при совершении таких коррупционных преступлений, как:
— оказание противоправного влияния на результат официального спортивного соревнования или зрелищного коммерческого конкурса (ч. 5 ст. 184 УК РФ);
— коммерческий подкуп (ст. 2041 УК РФ);
— получение взятки (ст. 290 УК РФ);