Еще в 2004 г. в ходе разработки глобальной стратегии в области охраны труда на Международной конференции труда было подчеркнуто значение защиты работников от психологического насилия как важнейшего элемента охраны труда. Однако, несмотря на прошедший 21 год, данная проблема по-прежнему остается актуальной и не получила окончательного решения. При этом стоит обратить внимание на то, что такая защита направлена на охрану нематериальных благ работника, в частности, его психологического здоровья, чувства достоинства и эмоциональной безопасности. Эти блага относятся к числу неотчуждаемых и непередаваемых, что прямо вытекает из содержания п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ, закрепляющего перечень охраняемых законом нематериальных благ.

В частности, в качестве одного из наиболее острых вопросов можно выделить недостаточную правовую регламентацию. В литературе справедливо отмечается, что действующее трудовое законодательство в основном связывает право на благоприятные и безопасные условия труда с техническими (технологическими) аспектами. В первую очередь оно устанавливает обязанности работодателя по обеспечению безопасности условий труда (ст. 22, 214 Трудового кодекса РФ (далее – ТК РФ)). Работнику же предоставляются права на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, получение достоверной информации об условиях труда и мерах его охраны, отказ от выполнения работы в случае угрозы жизни и здоровью, обеспечение средствами индивидуальной и коллективной защиты, обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и другие гарантии (ст. 21, 216 ТК РФ).

Помимо этого, в Российской Федерации защита работника от психологического насилия осуществляется через отдельные принципы трудового права. К числу таких принципов относятся защита достоинства работника в процессе его трудовой деятельности, а также принципы недопустимости принудительного труда и дискриминации (ст. 2–4 ТК РФ). Кроме того, работодатель может быть привлечен к административной ответственности за оскорбление в соответствии со ст. 5.61 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. Косвенно от психологического насилия защищает норма ст. 237 ТК РФ, регулирующая возмещение морального вреда.

Таким образом, можно сделать вывод, что отсутствие в трудовом законодательстве специальной нормы, посвященной защите работника от психологического насилия, существенно осложняет процесс судебного доказывания. В настоящее время не существует легально установленных признаков, позволяющих однозначно квалифицировать те или иные действия работодателя как акты психологического насилия, что приводит к нарушению принципа правовой определенности и создает неопределенность как для работников, так и для работодателей. В литературе также приводятся различные примеры психологического воздействия на работника. Так, Ю.А. Михайленко отмечает, что длительное и постоянное наблюдение за работником может оказывать значительное психологическое давление.

М.И. Губенко в таком случае считает целесообразным предусмотреть в ТК РФ нормы, непосредственно направленные на защиту работников от психологического насилия. В связи с этим он предлагает расширить понятие «охраны труда», установленное в ст. 209 ТК РФ, включив в него защиту не только физического, но и психического здоровья работника.