С момента внесения поправок в ст. 144 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее — УПК РФ) данному вопросу посвящено немало публикаций, однако практика правоприменения требует вновь возвращаться к анализу и оценке данной нормы, поскольку, несмотря на то что научным сообществом и правоприменителем данные изменения признаны необходимыми, обоснованными и внесшими определенный вклад в совершенствование законодательства в сфере эффективного расследования преступлений, тем не менее данная норма признана неработающей. 

В этой связи Б.Я. Гаврилов заметил, что на сегодняшний день производство экспертизы до возбуждения уголовного дела не реализовано, по-прежнему специалистами ежедневно производятся более 900 тыс. исследований, что требует разработки блока очередных поправок.

Федеральным законом от 4 марта 2013 г. № 23-ФЗ «О внесении изменений в статьи 62 и 303 Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации» в ч. 1 ст. 144 УПК РФ было закреплено не только право производства некоторых следственных действий, в том числе назначения судебной экспертизы и получение заключения эксперта в разумный срок, но и проведение исследований специалистом в отношении документов и предметов. Какие противоречия вытекают из содержания данной нормы?

Во-первых, используя не корректную терминологию, законодатель наделил термином «предметы» все, что может подлежать изъятию в качестве вещественных доказательств, за исключением документов, в том числе вещества (сыпучие, жидкие, газообразные), следы-отображения. Нам представляется, что кровь, слюну, порошок, порох или потожировое вещество неуместно называть предметом. Поэтому в силу терминологического истолкования данной нормы законодатель ограничился изъятием только документов и предметов. В данной статье следовало указать на изъятие документов, предметов и иных объектов.

Во-вторых, как отмечает С.Б. Мартыненко, законодатель, допуская назначение судебной экспертизы на стадии проверки заявления, сообщения о преступлении (ч. 1 ст. 144; ч. 4 ст. 195 УПК РФ), не внес поправки в ст. 199 УПК РФ, которая называется «Порядок направления материалов уголовного дела для производства экспертизы» и которая, по сути, не предполагает проведения экспертизы по материалам предварительной проверки. Не можем согласиться с С.Б. Мартыненко, поскольку ст. 199 УПК РФ предполагает порядок направления материалов именно по возбужденному уголовному делу, а п. 4 ч. 1 ст. 195 «Порядок назначения судебной экспертизы», на наш взгляд, как раз предусматривает подобную процедуру, а именно предоставление материалов в распоряжение эксперта, в том числе и в стадии рассмотрения и разрешения сообщений о преступлении.