Перспективные направления конституционно-правовых исследований
Аннотация
В статье раскрываются основные тезисы выступления автора на открытии 26 ноября 2025 г. конституционно-правовой секции конференции «Сила права и право силы: современный контекст», проведенной на Юридическом факультете МГУ имени М.В. Ломоносова в рамках Московской юридической недели. Утверждается, что российская конституционно-правовая наука имеет четкие и непререкаемые ориентиры, которые не только вытекают из первоначального содержания и предназначения данной науки, но поддерживаются официально на высшем уровне, находя подтверждение в логике конституционных реформ, базирующихся на неизменности глав 1 и 2 Конституции РФ. Выделено два направления перспективных конституционно-правовых изысканий: укрепление основ науки (основных категорий, системы, методологии), а также изучение новых социальных практик и применение новых подходов к исследованию властеотношений (в рамках таких направлений, как антикоррупционная реформа, биомедицина, конституционная экономика, информационные технологии в государственном управлении).
Ключевые слова
| Тип | Статья |
| Издание | Конституционное и муниципальное право № 01/2026 |
| Страницы | 2-8 |
| DOI | 10.18572/1812-3767-2026-1-2-8 |
В конце ноября 2025 г. на юридическом факультете МГУ имени М.В. Ломоносова в контексте Московской юридической недели была проведена научная конференция под общим названием «Сила права и право силы: современный контекст».
Соотношение силы права и права силы в нашем юридическом мире — это отражение извечного противостояния должного и сущего, которое представляет собой естественную и неизбывную проблему наблюдаемого юристами общественного развития. Современное конституционное право, как и идеология конституционализма, когда-то появилось из веры европейских просветителей в силу человеческого разума, в то, что жизнь больших политических сообществ можно построить вокруг гуманистических идеалов и на основе научных законов, на базе юридической науки об обществе, которая сможет упорядочивать политическую власть в пространстве целого социума, в границах отдельно взятого национального государства.
Однако нельзя рассчитывать на то, что, единожды достигнув определенных успехов в приручении дикой силы власти, праву позволительно почивать на лаврах и перестать развивать свои институты. Общественная динамика дает о себе знать: меняются поколения, корректируются их культурные приоритеты, появляются технологические и производственные инновации, наконец, меняется и международный контекст. В результате прежние правовые рамки устаревают, оформляющие общественные связи юридические условия перестают быть эффективными.
Сегодня как раз такое время. Неслучайно так часто повсюду звучат слова и о «международной турбулентности», за которой мы не видим контуров будущего мира, и о приближающейся «технологической сингулярности», когда искусственный интеллект обретет субъектность и начнет влиять на социальные взаимодействия от своего лица, и о кризисе культуры постмодерна, которая успешно деконструировала все великие метанарративы прошлого, не предложив ничего взамен, кроме тотальной неопределенности.
В этих условиях государству снова требуется вернуть контроль за происходящим. Но не получая от научной юридической корпорации быстрых и простых решений, государство вынуждено действовать на опережение и возвращать себе контроль с помощью силы. Право подключается уже после, пытаясь объяснить вопросы факта таким образом, чтобы в юридической картине мира они выглядели непротиворечиво. Иногда это получается хорошо, а иногда не вполне.
