Идеологизация уголовного права в ранний советский период: роль правосознания в законодательстве и правоприменении
Аннотация
В статье исследуется процесс становления советского уголовного законодательства в 1920-е годы через призму господствовавших идеологических концепций. Автор анализирует, как в условиях правового вакуума и отрицания старого права функции основного регулятора и источника норм выполняли «революционное» и «социалистическое» правосознание. На основе анализа советского уголовного законодательства показано, что данные понятия, лишенные четкой юридической дефиниции, служили проводником марксистско-ленинской идеологии и классово-партийных интересов. Особое внимание уделено тому, как УК РСФСР 1922 г., формально кодифицировав нормы, сохранил отсылку к социалистическому правосознанию при назначении наказания, что характерно для переходного периода от «революционной целесообразности» к «социалистической законности».
Ключевые слова
| Тип | Статья |
| Издание | Российский следователь № 01/2026 |
| Страницы | 73-76 |
| DOI | 10.18572/1812-3783-2026-1-73-76 |
Изменение сущности государства влечет за собой изменение правовых конструкций. Одним из проводников политики государства выступает уголовное право. Именно его нормы обеспечивают выполнение социально-экономических и политических задач государства. Представляется, что наиболее рельефно данный тезис можно показать на примере Уголовного кодекса РСФСР 1922 г.
Принятию кодекса способствовали события, связанные с коренными преобразованиями как политической, так и социально-экономической системы российского общества. Революционные события 1917 г. привели к существенной трансформации политической системы общества, изменению системы общественных ценностей, а следовательно, к отрицанию обществом существовавшего законодательства.
Как известно, руководители Советского государства в первые годы его существования не считали правовые нормы одним из регуляторов общественных отношений, хотя и признавали временный характер права в условиях перехода от капитализма к коммунистическому обществу. В этой связи появлялся особый пролетарский тип права, который, по мнению М.Ю. Козловского, не нуждался в специальном оформлении.
Однако уже в декабре 1919 г. в молодой Советской республике в Руководящих началах по уголовному праву РСФСР появляется официальное закрепление понятий «право» и «преступление». Понятие «право» отражало классовую сущность Советского государства и косвенно говорило о диктатуре пролетариата. В то время как понятие «преступление» было более кратким, характеризовалось нарушением порядка общественных отношений. Конечно, определение права не отражало всей сущности марксистско-ленинского понимания права, что вызвало споры о точности его дефиниции.
В рамках теоретических дискуссий о сущности права в его советском понимании велись прения между представителями марксистского (П.И. Стучка), психологического (Л.И. Петражицкий) и социологического (П.А. Сорокин) направлений. В дискуссии о понимании права и его характере в условиях диктатуры пролетариата появилось понятие «революционное правосознание» в качестве основного источника права. Подчеркнем, что дефиниция его не сложилась. Современный исследователь В.А. Рыбаков утверждает, что ключевыми признаками революционного правосознания являются классовость, партийность, целесообразность и высокая степень деформации, а его главными элементами выступают правовая идеология и правовая психология.
