Муниципальная власть — часть единой системы публичной власти, но часть самостоятельная и автономная в пределах своих полномочий, установленных законом.

После принятия Федерального закона от 20 марта 2025 г. № 33-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в единой системе публичной власти» одним из наиболее обсуждаемых вопросов стало изменение принципиального подхода к определению понятия, а значит, и содержания местного самоуправления. Утративший юридическую силу с 19 июня 2025 г. (за исключением гл. 3) Федеральный закон от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (далее — Федеральный закон № 131-ФЗ) подчеркивал значение местного самоуправления как одной из основ конституционного строя Российской Федерации и конституционно определенной формы народовластия. Новый базовый закон, представляющий собой четвертую попытку (считая с 1991 г.) определить роль местного самоуправления в нашем государстве, указывает, что это конституционно закрепленная форма самоорганизации граждан. Подчеркивается значимость самостоятельного решения гражданами вопросов обеспечения жизнедеятельности в пределах нормативно установленных полномочий.

Несмотря на определенные сомнения в отношении такого переосмысления понятия местного самоуправления, озвучиваемые экспертным сообществом, в условиях принципиально изменившейся геополитической ситуации, необходимости мобилизации государственных и общественных ресурсов, жесткого администрирования бюджетных расходов и контроля исполнительской дисциплины, изменение концептуального взгляда, подхода к местному самоуправлению, при обеспечении базовых конституционных принципов, представляется обоснованным.

Следует отметить, что подобный взгляд на природу местного самоуправления в целом не является абсолютной новеллой. Еще в прекратившем свое действие Законе СССР от 9 апреля 1990 г. № 1417-I «Об общих началах местного самоуправления и местного хозяйства в СССР» местное самоуправление определялось как самоорганизация граждан для решения непосредственно или через избираемые ими органы всех вопросов местного значения, исходя из интересов населения и особенностей административно-территориальных единиц, на основе законов и соответствующей материальной и финансовой базы. Однако при таком подходе, особенно с учетом территориальной реформы местного самоуправления, существенно возрастает роль общественной инициативы, институтов непосредственной демократии как необходимого связующего звена между территориальными коллективами и наделенными властными полномочиями элементами единой системы публичной власти.

Как представляется, именно с учетом такой позиции в другом утратившем силу нормативном правовом акте — Законе РФ от 6 июля 1991 г. № 1550-I «О местном самоуправлении в Российской Федерации» — система местного самоуправления определялась широко, указывалось, что оно осуществляется населением через представительные органы власти — местные Советы народных депутатов (далее — Советы), соответствующие органы управления — местную администрацию, местные референдумы, собрания (сходы) граждан, иные территориальные формы непосредственной демократии, а также органы территориального общественного самоуправления населения.