На сегодняшний день остается недостаточно изученной и потому чрезвычайно актуальной тематика комплексного анализа особенностей реализации стимулирующих норм в конституционном праве. Это осмысление роли стимулирующих норм может быть применено к анализу конституционно-правовой доктрины и к вопросам правового дизайна конституционных правоотношений. Внедрение правовых стимулов в определенных сферах человеческого поведения объясняется необходимостью повышения уровня мотивированности позитивного поведения личности, решения задач общественного развития. Повысить стимулирующий эффект конституционно-правовых норм можно посредством не только совершенствования норм права, но и благодаря практике Конституционного Суда РФ.

Методической основой рассмотрения вопросов конституционно-правового стимулирования являются теоретические основы алгоритма повышения стимулирующего влияния норм на участников правоотношений. В теории права существуют различные классификации правовых норм, так же как и различные подходы к рассмотрению их стимулирующего влияния на общественные отношения. Можно рассматривать понимание правового стимулирования через выделение особенностей и рассмотрение содержания трех видов норм: управомочивающих, обязывающих и запрещающих.

Само наименование «обязывающие» предполагает включение в норму права элементов обязывания совершить определенные действия, «исключается иной вариант действия, чем тот, который предусмотрен в норме права». Например, обязанность каждого «платить законно установленные налоги и сборы» и др. Стимулирующую направленность обязывающих конституционных норм можно видеть как в отношении государства в целом, так и его органов, а также граждан, хозяйствующих субъектов. Безусловно, обязанность поступать должным образом может быть «вменена» только субъекту права. Субъект права мотивирован любой нормой права поступать должным образом, обязывающая же норма усиливает мотивацию, вводит дополнительный элемент в предполагаемый позитивный результат реализации нормы.

Конструкция конституционных норм такова, что содержит как прямое закрепление обязанности, так и предполагаемое обязывание. Особенно это касается обязанностей государства. Например, в ч. 2 ст. 7 Конституции РФ закрепляется обязанность государства осуществлять поддержку лиц, которым требуются социальные гарантии для поддержания достойного уровня жизни. Такая конструкция содержит стимулирующее начало для органов публичной власти развивать социальное законодательство, ориентировать свои приоритеты деятельности на поддержку нуждающихся граждан.

Неявно выраженные конституционные обязанности уточняются Конституционным Судом РФ в процессе толкования конституционных норм. Так, Конституция РФ в ст. 2 закрепляет, что «признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина — обязанность государства». Конституционный Суд РФ расширяет понимание данной нормы, указывая, что «по смыслу статей 45 (часть 1), 55 (часть 1), 71 (пункт «в»), 72 (пункт «б» части 1) и 76 (части 1 и 2) Конституции РФ государство обязано соблюдать и защищать не только права и свободы граждан, непосредственно закрепленные Конституцией РФ, но и производные от них другие права и их гарантии, приобретаемые на основании федерального закона». Подобное толкование стимулирует государство не только к защите прав граждан, провозглашенных в Конституции, но и иных нормативных актах. В этой связи можно отметить сложившийся в конституционно-правовой науке подход, согласно которому обязанности государства раскрываются через правовой статус человека и гражданина, в который также входят и обязанности.