Address: 26/55, Bldg. 7, Kosmodamianskaya Emb., Moscow, 115035
(495) 953-91-08, 617-18-88.

Informational Law №4 - 2015

ТЕОРИЯ И ИСТОРИЯ
  • Лопатин Владимир Николаевич,

    История и перспективы РНИИИС в информационном обществе: итоги 10 лет С. 4-12

    Лопатин Владимир Николаевич, научный руководитель (директор) РНИИИС, генеральный директор Корпорация интеллектуальной собственности РНИИИС, председатель национальный Технический комитет по стандартизации «Интеллектуальная собственность» (ТК-481), заведующий базовой кафедрой «Управление интеллектуальной собственностью» РЭУ им. Г.В. Плеханова, главный редактор журнала «Информационное право», председатель редакционного совета журнал «Право интеллектуальной собственности», член Координационного совета РАН по инновационной деятельности и интеллектуальной собственности, член Научно-консультативного совета при Верховном Суде РФ, доктор юридических наук, профессор

    Цель: В статье исследуются краткие итоги деятельности РНИИИС как единственной в России научной организации по интеллектуальной собственности в канун ее 10-летнего юбилея и ее вклад в изучение и решение проблем теории и практики становления информационного права в условиях перехода на инновационный путь развития через рынок интеллектуальной собственности. Результаты: Миссия РНИИИС была определена при создании — помочь сформировать опорные точки рынка интеллектуальной собственности и написать правила, чтобы он был цивилизованным, а умный и честный смог жить богато. Значимыми брендовыми проектами РНИИИС стали ежегодный национальный доклад «О состоянии правовой охраны, использования и защиты интеллектуальной собственности в Российской Федерации» (2007–2015 гг.) и ежегодный Международный форум «Инновационное развитие через рынок интеллектуальной собственности» для стран СНГ и ЕАЭС (2008–2015 гг.). Учитывая позицию, заявленную высшим руководством страны, что «формирование современного цивилизованного рынка интеллектуальной собственности — одно из ключевых условий инновационного развития и комплексной модернизации экономики России и других государств СНГ», верится, что в новом десятилетии откроются новые горизонты развития национального и евразийского рынка интеллектуальной собственности в условиях усиления борьбы за передел сфер влияния и мировой торговли уже не только благодаря частным инициативам, но и при прямой и безусловной поддержке со стороны государства.

    History and prospects RSRIIP in innovative economy: the results of 10 years

    Lopatin V.N., Scientific supervisor (Director) of the Republican Research Institute of Intellectual Property (RSRIIP), General Director of the Corporation intellectual property RSRIIP, Chairman of the National Technical Committee for Standardization “Intellectual Property” (TC-481), Head of the Department “Intellectual Property Management” in Plekhanov Russian University of Economics, chief editor of “Information Law”, the chairman of the Editorial Board of “Intellectual Property Rights”, member of the Coordination Council of RAS on innovation and intellectual property, a member of the Scientific Advisory Board of the Supreme Court of the Russian Federation, Doctor of Law, Professor

    Purpose: The article examines the summary results of RSRIIP as the only scientific organization in Russia for intellectual property on the eve of its 10th anniversary and its contribution to the study and solution of problems of the theory and practice of intellectual property law in the transition to an innovative path of development through the market of intellectual property. Results: Mission RSRIIP was determined to create: to help shape the reference points of the market of intellectual property and write rules for it to be civilized and intelligent and honest could live richly. Significant brand projects RSRIIP become an annual national report on “The state of legal protection, use and legal protection of intellectual property in the Russian Federation” (2007–2015), and the annual International Forum “Innovation development across intellectual property market” for the CIS and EAEC (2008–2015). Considering the position, declared the country’s leadership that “The formation of the modern civilized intellectual property market is one of the key conditions for innovative development and comprehensive modernization of the economies of Russia and other CIS countries”, RSRIIP believes that the new decade will open new horizons for the development of national and Eurasian market of intellectual property in the face of increasing struggle for spheres of influence and world trade, not only through private initiatives, but also in direct and unconditional state support.

  • Аносов Александр Владимирович, Казачкова Земфира Мухарбиевна,

    Электронное правосудие: синтез права, технологических прорывов и процессуальных инструментов С. 13-16

    Казачкова Земфира Мухарбиевна, профессор кафедры административного и финансового права Российской правовой академии Министерства юстиции Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор,

    Аносов Александр Владимирович, адвокат,

    Цель данной статьи состоит в том, чтобы определить направления регулирования электронного правосудия в условиях объединения Высшего Арбитражного Суда РФ. В обществе и во власти нарастают ожидания в отношении формирования новых информационных ресурсов судебной власти, открывающих новые возможности для реализации доступности, открытости и эффективности правосудия. Авторы статьи отмечают, что, с одной стороны, идет нормальный процесс объединения электронных систем судов обеих ветвей судебной власти; новая структура функционирует, предоставляя доступ к банку решений арбитражных судов, картотеке дел. Однако, с другой стороны, в теоретическом плане эти технологические и институциональные изменения выдвигают на первый план новые вопросы соотношения информатизации и электронного правосудия, его границ, понимания проектов «электронный суд», получивших широкое распространение во всем мире. Как следствие этих процессов, в данной статье показаны технологические, институциональные правовые основы информатизации судебной власти; дискуссионные вопросы определения дефиниции «информатизация», показаны причины изъятия данного термина из релевантного законодательства, применения терминов «электронное правосудие» и «электронные суды». Эти дискуссии органично переносят акцент статьи в область проектов «e-courts», успешно развивающихся за рубежом. По мнению авторов, есть триада успеха, и как показывает анализ, — это эффективная государственная политика, наличие плана внедрения информационных ресурсов, а также обучение новой системе взаимодействия с судебной властью. Методы: Использованы общенаучные методы в логическом и историческом единстве; метод сравнительно-исторического и сравнительно-правового анализа. Результаты: Электронное правосудие есть синтез технологических, правовых и институциональных изменений, включая материальные и процессуальные нормы. Только соответствующая государственная программа, последовательно осуществляемая, обучение, популяризация этих идей создадут прочные основы успешности проектов «электронное правосудие» и «электронные суды».

    E-courts: synthesis of law, technological gaps and procedural instruments

    Kazachkova Z.M., Department of Administrative and Financial Law GOU VPO “Russian Legal Academy of the Ministry of Justice of the Russian Federation”, Doctor of Law, Professor

    Anosov A.V., Attorney

    Purpose: Of article is to determine regulation of e-justice in the field of the merger of the Supreme Arbitration Court into the Supreme Court. Moreover the authorities and society are anticipated the acceleration of the association of electronic systems of courts. The authors noticed the preservation of operating system by providing access to the bank of decisions of arbitration courts, filing cases. Technological and institutional changes became the reasons to reinforce interest to essence of this phenomenon, its borders, to “e-courts”. The issue based on the analysis of the legislation, policy documents, defining the development strategy of informatization of the judiciary and e-justice. It analyses the stages of informatization of the branches of power, including the system of justice; reasons of withdrawal of the term “informatization” from a relevant legislation, the technological, institutional and legal reasons of the adaptation of the terminology of “electronic justice” and “e-courts” in Russian doctrine and legislation. These discussions removed the analysis in the field of foreign projects of development of e-courts. As a result of analysis we can argue that there is the triangle of effective measures: public policy, plan of action and education. The last measure describes throw the experience of world top educational centers, including Stanford, Berkley and others. Methods: Scientific methods are utilized in logical and historical connection; comparative method aims to prove the general and specific ways of development of the relevant institutions. Results: Electronic justice is synthesis of technological, legal and institutional changes, including substantive and procedural rules, determining the process of its regulation.

ПРАВОВАЯ ОХРАНА
  • Бочкарев Игорь Евгеньевич,

    О праве на обращение в форме электронного документа С. 17-21

    Бочкарев Игорь Евгеньевич, доцент кафедры правового обеспечения экономической и инновационной деятельности Института экономики и предпринимательства Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского, Кандидат юридических наук,

    Введение: Одним из важных результатов, которые ожидаются от реализации стратегии развития информационного общества в Российской Федерации, является обеспечение прав и основных свобод человека, а также развитие социальной самоорганизации и социального партнерства власти, бизнеса и общественности на основе использования информационных технологий. Однако внутренние системные противоречия в содержании отдельных законов препятствуют совершенствованию информационно-правового статуса граждан. Одним из таких законов является Федеральный закон от 2 мая 2006 г. «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации». В законе без видимых оснований уделяется значительное внимание письменным обращениям в ущерб другим формам. Методы: Автор, используя системный подход, логические приемы, сравнительный анализ юридических конструкций, показывает очевидные недостатки правовых норм, регулирующих право граждан на обращение в форме электронного документа. В частности, обосновывается юридическое неравенство между письменными обращениями и обращениями в форме электронного документа. Особо отмечается отсутствие специальных норм, регулирующих способы установления юридической силы электронного обращения, что существенно затрудняет идентификацию личности отправителя и создает опасность хищения персональных данных недобросовестными заявителями. Результаты: Результатом проведенного исследования являются предложения, направленные на усиление роли электронных обращений в жизни граждан, общества и государства. Например, предлагается дополнить часть 3 статьи 7 обязанностями граждан удостоверять электронное сообщение электронной подписью и (или) авторизироваться в Единой системе идентификации и аутентификации. Рекомендуется переработать содержание статей 8 и 12 с учетом юридического равенства всех форм обращений, закрепленных в части 1 статьи 4 «Основные термины, используемые в настоящем Федеральном законе». Вывод: Предлагаемые изменения позволят устанавливать юридическую силу электронного сообщения и признавать его документом, а также идентифицировать личность заявителей; устранят внутренние противоречия в ФЗ об обращениях и придадут ему необходимые системные свойства; сделают более понятными требования, которые предъявляются к обращению в форме электронного документа для пользователей ФЗ об обращениях, особенно для граждан; обеспечат надежную защиту персональных данных граждан; повысят реальную эффективность стратегии развития информационного общества в Российской Федерации.

    On improvement of legislative regulation of the right of citizens to appeal in the form of an electronic document

    Bochkarev I.E., Associate Professor of the Department of legal support of economic and innovative activity of the Institute of Economics and entrepreneurship, Nizhny Novgorod state University N.I. Lobachevsky, candidate of legal Sciences

    Introduction: One of the important results which is expected from realization of progress strategy of the information society in the Russian Federation is maintenance of the rights and fundamental freedoms of a person, as well as progress of social self-organizing and social partnership of authority, business and the public on the basis of information technologies. However internal system contradictions in the content of separate laws prevent perfection of information-legal status of the citizens. One of such laws is the Federal law from May, 2nd, 2006 “About the order of consideration of citizens’ of the Russian Federation references”. In the Law for no apparent cause the significant attention is paid to written references to the detriment of other forms. Methods: The author, using the system approach, logical receptions, comparative analysis of legal constructions shows obvious disadvantages of rules of law regulating right of citizens for reference in the form of the electronic document. In particular, legal inequality between writing appeals and appeals in form electronic document is grounded. Absence of the special norms is especially marked, regulating the methods of establishment of legal force of electronic appeal that substantially hampers authentication of personality of sender and creates the danger of theft of the personal data unconscientious declarants. Results: The results of undertaken study are suggestions aimed at strengthening the roles of electronic appeals in life of citizens, society and state. For example, it is suggested to complement part 3 articles by 7 duties of citizens to certify an electronic report an electronic signature and (or) authorized in the Single system of authentication and authentification. It is recommended to process maintenance of sections 8 and 12 taking into account legal equality of all forms of appeals envisaged in part of a 1 article 4 “Basic terms used in the real Federal law”. Conclusion: Offered changes, will allow to set legal force of electronic report and acknowledge it as a document, and also to identify personality of declarants; will remove self-contradictions in FL about appeals and will give it necessary system properties; will do the requirements more clear that is produced to the appeal in form electronic document for the users of FL about appeals, especially for citizens; will provide the reliable protection of the personal data of citizens; increase the real effectiveness of the development strategy of information society in the Russian Federation.

ИНФОРМАЦИОННАЯ БЕЗОПАСНОСТЬ
  • Куликова Светлана Анатольевна,

    К вопросу о классификации вредной информации в российском законодательстве С. 22-29

    Куликова Светлана Анатольевна, доцент кафедры конституционного и муниципального права юридического факультета Национального исследовательского Саратовского государственного университета, кандидат филологических наук,

    Цель: провести анализ понятия «вредная информация», сложившегося в научной правовой литературе, выявить основные виды информации, производство и распространение которой ограничено или запрещено законодательством РФ. Методы: Автор использует ряд методов, позволяющих определить систему терминов и выявить пробелы, которые требуют уточнения. Результаты: На основе изучения правовых норм, содержащихся в законодательных актах, автор исследует и конкретизирует особенности вредной информации по отдельным категориям: 1) информация, возбуждающая социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть, вражду и насилие; 2) пропаганда войны, призывы к насильственному захвату власти, насильственному изменению конституционного строя, нарушению целостности территории; 3) ложная/недостоверная информация; 4) информация, распространение которой противоречит нормам общественной нравственности; 5) информация, порочащая честь, достоинство и деловую репутацию лица; 6) информация, оказывающая деструктивное воздействие на здоровье людей; 7) призывы к совершению действий или употреблению веществ, оказывающих вредное влияние на здоровье человека; 8) информация, запрещенная к распространению среди детей. При распространении информации, запрещенной законом, могут преследоваться различные цели: популяризация идей, несущих угрозу государственному суверенитету, стабильности конституционного строя, общественному миру и согласию; получение незаконного конкурентного преимущества; сокрытие преступлений и должностных проступков, а также получение прибыли от реализации информационной продукции, которая может нанести вред правам и законным интересам граждан. Реализация запретов распространения указанных видов информации предполагает разработку и применение правовых и организационных механизмов, обеспечивающих информационную безопасность личности, общества и государства. Делается вывод о необходимости введения понятия «вредная информация» (и ее классификации) в российское законодательство.

    Major Types of Harmful Information in the Russian Legislation: a Step to Classification

    Kulikova S.A., Candidate of Philological Science, Associate Professor of the Department of Constitutional and Municipal Law, Saratov State University

    Purpose: The paper aims at analyzing the notion of “harmful information”, as it is traditionally described in legal research works, and singling out major types of information that the Russian legislation prohibits to produce and distribute. Methods: While studying the phenomenon of harmful information in Russia, the author applies a set of methods that enables her to reveal the system of concepts used in the legislation and some gaps that need certain clarification. Results: The author has studied the legal norms stipulated in various legal acts and singled out the following types of harmful information: 1) information that arouses social, racial, national and religious hatred, hostility and provokes violence; 2) war propaganda, calls for seizure of power, forced change of the foundation of the constitutional system, violation of the territorial integrity; 3) misleading information; 4) information that contravenes the norms of public morality; 5) information that denigrates the honour, dignity and business reputation of a person; 6) information that has a destructive health impact; 7) calls for performing actions or taking substances that do harm to a person’s health; 8) information that is prohibited for children. The author emphasizes that the period of 2011–2014 witnessed an increase in a variety of topics that are not allowed to be discussed in public, and violation of this prohibition involves administrative or criminal liability. While distributing prohibited information, one can aim at making some ideas (e.g. the ideas that threaten state sovereignty and constitutional system) popular; gaining illegal competitive advantages; concealing crimes; benefiting from selling information products that can do harm to the rights and lawful interests of the citizens. Prohibition of distribution of these types of information involves development of legal and organizational tools providing information safety of individuals, society and state. The author concludes by claiming that the notion of “harmful information” should be brought in and classified in the Russian legislation.

  • Нашинец-Наумова Анфиса Юрьевна,

    Информационно-правовые аспекты обеспечения безопасности предприятия С. 29-34

    Нашинец-Наумова Анфиса Юрьевна, доцент кафедры правоведения Киевского университета имени Б. Гринченко, Кандидат юридических наук,

    Цель: Целью этой статьи является выявление основных направлений совершенствования теоретических и практических аспектов информационно-правового обеспечения информационной безопасности предприятия. Информационную безопасность предприятия следует рассматривать как целенаправленную деятельность органов и должностных лиц с использованием разрешенных методов и средств по достижению состояния защищенности информационной среды предприятия, обеспечение его нормального функционирования и динамичного развития. Состояние защищенности информационной среды предприятия может быть достигнуто только благодаря таким понятиям, как конфиденциальность, целостность и доступность информации. В свою очередь доступность — это свойство быть достижимым и пригодным к использованию в информационной среде; целостность — это свойство защищенности точности и полноты данных; конфиденциальность — это свойство защищенности информации от несанкционированного использования. И как вывод, приоритетным направлением в процессе обеспечения информационной безопасности предприятия является сохранение в тайне коммерчески важной информации, позволяющей успешно конкурировать на рынке товаров и услуг. Процесс комплексной защиты информации должен осуществляться непрерывно на всех этапах. Реализация непрерывного процесса защиты информации возможна только на основе систем концептуального подхода и промышленного производства средств защиты, а создание механизмов защиты и обеспечение их надежного функционирования и высокой эффективности может быть осуществлено только специалистами высокой квалификации в области защиты информации. Исходя из проведенного исследования, можно отметить, что предприятия рассматриваются как субъекты информационного права, а поэтому должны изучать информационные правоотношения, в которые они практически вступают, реализуя полномочия, регулируемые нормами различных отраслей права. Методы: автор рассматривает и анализирует проблемные вопросы обеспечения информационной безопасности предприятия как субъекта информационного права и информационных правоотношений. Результаты: автор отмечает, что процесс комплексной защиты информации предприятия должен осуществляться непрерывно и на всех этапах. Реализация непрерывного процесса защиты информации предприятия возможна только на основе систем концептуального подхода и промышленного производства средств защиты, а создание механизмов защиты и обеспечение их надежного функционирования и высокой эффективности может быть осуществлено только специалистами высокой квалификации в области защиты информации.

    Information and legal aspects of enterprise security

    Nashynets-Naumova А.U., assistant professor the Department of Law of Kiev University B. Grinchenko, PhD

    Purpose: The purpose of this article is to identify key areas for improving the theoretical and practical aspects of information and legal information security company. Information security should be considered as a purposeful activity of bodies and officials using approved methods and tools to achieve the state of security of the information environment of the enterprise, ensuring its normal functioning and dynamic development. State security office environment can be achieved only through concepts such as confidentiality, integrity and availability of information. In turn, the availability of — this property is to be attainable, and usable in the information environment; integrity — this property is protected accuracy and completeness of the data; privacy — this property is protected from unauthorized use. And as a conclusion, a priority in the process of enterprise information security is maintaining the confidentiality of commercially sensitive information to successfully compete in the market for goods and services. Process complex information protection should be carried out continuously at all stages. The implementation of a continuous process of information security is only possible on the basis of the conceptual approach systems and industrial protection, and the creation of mechanisms to protect and ensure their reliable operation and high efficiency can be achieved only highly qualified specialists in the field of information security. Based on this study, it can be noted that the companies considered as subjects of information law, and therefore must study legal information to which they have almost come, implementing powers governed by the rule of various branches of law. Methods: The author examines and analyzes the problematic issues of information security as a subject of information law and legal information. Results: The author notes that the process of integrated enterprise information protection should be carried out continuously and at all stages. The implementation of a continuous process of information security company is only possible on the basis of the conceptual approach systems and industrial protection, and the creation of mechanisms to protect and ensure their reliable operation and high efficiency can be achieved only highly qualified specialists in the field of information security

ПРАВОВАЯ ЗАЩИТА
  • Смолин Сергей Владимирович,

    Мошенничество в сфере компьютерной информации: проблемы толкования и применения нормы ст. 159 УК РФ С. 35-39

    Смолин Сергей Владимирович, заместитель начальника — начальник следственного управления Управления Министерство внутренних дел Российской Федерации по городу Кирову, доцент кафедры уголовно-правовых дисциплин Кировского филиала Московского гуманитарно-экономического института, кандидат юридических наук,

    Цель: Статья посвящена рассмотрению эффективности уголовно-правового регулирования ответственности за мошенничество в сфере компьютерной информации. Несмотря на наличие в УК РФ соответствующей специализированной нормы, ее толкование вызывает трудности из-за несоответствия названия нормы содержанию уголовно-правового запрета. Рассматриваемая уголовно-правовая норма по своей сути предусматривает ответственность за хищение, совершенное посредством использования информационных технологий, которое не связано с понятием мошенничества в его традиционном понимании как обмана. Законодательное определение рассматриваемого преступления разрушает сложившуюся в законе, теории и практике в течение длительного времени традицию в понимании мошенничества как обмана, что не обеспечивает единства в понимании и применении рассматриваемой нормы. Кроме этого, ограниченная законодательными рамками дефиниция мошенничества в сфере компьютерной информации не позволяет квалифицировать по рассматриваемой уголовно-правовой норме ряд деяний с использованием таких технических устройств, которые не являются собственно компьютерами. Методы: Автором рассмотрены и проанализированы проблемные вопросы квалификации мошенничества в сфере компьютерной информации с учетом складывающейся судебной практики и позиции Верховного Суда РФ, а также с учетом сравнения соответствующих норм российского и немецкого уголовного законодательства. Результаты: Автором подвергнут критике предложенный законодателем способ регулирования ответственности за мошенничество в сфере компьютерной информации и предложено исключить соответствующую норму из Уголовного кодекса РФ.

    Computer Fraud (Section 159 of the Criminal Code of the Russian Federation): problems of interpretation and application

    Smolin S.V., PhD (Law), Head, Investigation Department, Department of the Ministry of Internal Affairs of the Russian Federation across Kirov; Assistant Professor, Department of criminal law disciplines, Kirov branch of Moscow Humanitarian Economic Institute

    Purpose: The purpose of this article is to determine the efficiency of the section of present Russian Criminal law that provides liability for computer fraud. Currently, the Criminal Code of the Russian Federation contains the special section in order to combat computer frauds. Nevertheless interpretation of this section causes difficulties because of discrepancy of its name to the contents. The considered section in essence provides liability for the digital theft which isn’t connected with the concept of fraud of its traditional understanding as deception. Consequently, such legal definition of the computer fraud destroys the concept of deception which has developed in the law, the theory and practice for a long time and doesn’t provide unity in understanding and application of the criminal law. Moreover narrow legal definition of the present computer fraud does not hold as criminally liable those who use some digital devices which aren’t actually computers. Methods: The author considers and analyses the aspects of the interpretation of computer fraud taking into account the judicial decisions and the position of the Supreme Court and compares Russian regulation with the section of German Criminal Law. Results: the author criticizes the present interpretation of computer fraud and suggests to exclude the considered section of the present Russian Criminal Code.

ИНТЕРНЕТ-ПРАВО: ЗАРУБЕЖНЫЙ ОПЫТ
  • Богдановская Ирина Юрьевна,

    Сетевая нейтральность: политико-правовые аспекты (на примере опыта США) С. 39-44

    Богдановская Ирина Юрьевна, заведующая научно-учебной лабораторией по информационному праву факультета права Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики», доктор юридических наук, профессор,

    Цель: В последние годы проблема сетевой нейтральности обрела важное значение и активно обсуждается в целом ряде стран. Следствием дискуссий становятся формирование различных подходов и принятие различающихся по содержанию законодательных решений. Особенно активно дискуссии вокруг сути принципа сетевой нейтральности проходят в Соединенных Штатах, где он впервые был сформулирован на доктринальном уровне. Кроме того, ИТ-индустрия играет ключевую роль в современном социально-экономическом развитии данной страны, что актуализирует вопросы управления ею, в том числе со стороны государства. В отношении принципа сетевой нейтральности обозначили свои позиции ИТ-компании, основные политические партии, конгресс, Белый дом, Федеральная комиссия связи (ФКС), суды. Проблема приобрела политико-правовой характер. В статье анализируется позиции сторонников и противников сетевой нейтральности. В отношении сетевой нейтральности ведущие политические партии США заняли противоположные позиции. Если деятели Демократической партии полагают, что сетевая нейтральность обеспечивает равный доступ к Интернету, защищает права потребителей и не допускает дискриминации, то Республиканская партия и ряд крупных ИТ-компаний выступают за ограничение сетевой нейтральности. Признавая необходимость сохранения открытости и доступности Интернета, противники сетевой нейтральности выступают за создание скоростных линий связи, которыми пользователи могут пользоваться по выбору и за дополнительную плату. Это обеспечит конкуренцию в данной сфере, даст частному бизнесу стимул вкладывать дополнительные средства в развитие системы связи. Объектом споров стало также Положение об открытом Интернете, принятое Федеральной комиссией связи (ФКС) и вступившее в силу 12 июля 2015 г. ФКС по-новому определила характер услуг связи в Интернете. Признав их телекоммуникационными по своему характеру, она распространила на них свои регулятивные полномочия, провозгласив при этом индивидуальный, кейсовый подход, предполагающий рассмотрение отдельных случаев сетевой нейтральности. Методы: Автор рассматривает подход социальных и политических акторов, вовлеченных в дискуссии вокруг принципа сетевой нейтральности. Результаты: Расширены контрольные полномочия Федеральной комиссии связи (и исполнительной власти в целом) по регулированию ИТ-бизнеса, а также увеличивается роль отдельных органов ФКС, которые наделены правом принятия окончательных решений.

    Network neutrality: political and legal aspects (on the example of experience of the USA)

    Bogdanovskaya I.Yu., Head Laboratory on Information Law, Faculty of Law, National Research University Higher School of Economics, Doctor of Juridical Sciences, Professor

    Purpose: The purpose of the article is defined as exploration of positions of supporters and opponents of network neutrality principle. There are hot debates about network neutrality have place in various countries in recent years, so we may evaluate importance and meaning of the issue. Naturally, it is necessary to understand different approaches and various legislative solutions of the issue elaborated and promoted by the sides of these debates. The most active place of debates around essence of network neutrality principle amd its implementation appears to be United States where they had formulated the principle mentioned for the first time by legal doctrine. Apart of it, IT-industry fulfills key role in modern social and economic development of this country what increases importance of its management ways and means, including state policy. The IT companies, main political parties, Congress, executive, courts had spoken out clearing theirs positions vis-a-vis principle of network neutrality. Inevitably, the principle had become legal and political one in the same time. Main political parties occupy different positions when they look at network neutrality principle. Democratic Party activists and most of ordinary users are sure that the principle provides equal access to Internet, protects consumer rights and does not allow discrimination. Republican Party and a lot of big IT-companies insist on limiting network neutrality. While recognizing necessity of Internet transparency and accessibility, they stand for creation of commercial fast lines of communications. Consumers might use them by their choice for additional payments. That way might provide impulse to competition in the field, present new possibilities for private business to invest more into developing communicative systems. And Guideline on Open Internet issued recently by Federal Communication Commission (FCC), in force since July 12, 2015, turned to be an object for current discussions. The FCC has imposed in the Guideline a completely new definition of Internet services character. The Commission has recognized it as telecommunication services, and has put it under its own regulative power, claiming individual (case) approach towards every matter in the field. Methods: Author considers opinions and positions of social and political actors involved into debates over network neutrality principle. Results: Author argues that FCC approach considerably strengthens control powers of the Commission itself (and executive as a whole) and increases roles of separate bodies of FCC received a right to make final decisions.